Этот храм построен в одном из сел Воронежской области. Даже беглого взгляда достаточно, что бы понять: это настоящий шедевр кровельного мастерства. Подобной красоты не увидишь ни в одном европейском городе. Повторить такую работу, наверно возможно, но вот «сочинить» необычную красоту, застывшую в металле, все-таки дано действительно только настоящим «самородками». Так сложилось, что в свое время мне тоже предлагали взяться за возведение кровли и куполов на этом храме. Но пришлось отказаться, так как буквально через неделю мне требовалось улететь в Италию, где предстояло около двух лет поработать в немецкой автономной провинции Южный Тироль с целью изучения новейших кровельных технологий. Однако надо честно признать, что мне не удалось бы создать такую красоту, которую подарил миру Андрей Чурсанов. Его талант был обусловлен гармоничным сочетанием виртуозного мастерства и редкого для кровельщика художественного мышления. При первом посещении этого строящегося храма меня слегка озадачило то, что по задумке архитектора в основной купол были сделаны четыре врезки из красного кирпича. Мой предыдущий опыт подсказывал, что не просто будет свести четыре отдельные зоны купола, разделенные кирпичной кладкой, в единое целое, чтобы все смотрелось симметрично и красиво. Конечно, можно было произвести тщательную предварительную разметку по обрешетке и таким образом добиться необходимого результата. Что показательно, Андрей Чурсанов со своей бригадой работал, используя самый простой набор инструментов советского периода. Это деревянные киянки, обтянутые жестью, обычные ножницы по металлу, металлические молотки, традиционный деревянный верстак с закрепленным на нем стальными уголком 50 на 50 мм, ну и некоторые самодельные приспособления. Но это не мешало ему выработать свой особенный стиль. Его купола перекликались со знаменитым питерским храмом «Спаса на крови». Он вносил элементы разбивки больших площадей на сегменты, и это придавало куполам какое-то своеобразие и неповторимость. Такой же необычный эффект при возведении куполов вызывало и чередование плоских и объемных ромбов, расположенных по спирали. В общем, авторский почерк отчетливо был виден на каждом очередном храме, и это отличало настоящего мастера-художника от простого заурядного ремесленника, работающего исключительно ради зарплаты.
Но вернемся к необычному деревенскому храму. Как уже говорилось выше, в его центральный купол сделаны четыре врезки из кирпича и это на первый взгляд усложняло и затрудняло возведение кровли купола. Андрей, будучи от природы человеком одаренным, обладающим нестандартным мышлением подобрал ключ к решению непростой задачи. Он сделал отбивку выше кирпичной врезки полукруглым валиком по всему периметру, и сложная задача была решена методом разделения ее на две более простых составляющих. Но это еще надо было придумать! И в этом весь секрет.
Все пространство площади купола, что находится ниже линии отбивки, выполнено их всевозможных геометрических фигур. Естественно все детали монтировались снизу вверх, как и при любых других штучных кровельных материалах. Но здесь опять, же важен был как художественный подход, так и соблюдение требований технологии. Ведь кровля должна быть не только красивой и оригинальной, но еще и надежной. В качестве кровельного материала для кровли и куполов использовалась медь с последующим покрытием верхнего купола сусальным золотом. Кровля центрального большого купола выполнялась сразу непосредственно по месту с предварительной прорисовкой элементов и утверждением их заказчиком. Верхний купол и шатер были полностью изготовлены на земле, а затем смонтированы с помощью мощных кранов. Так как при устройстве кровли храма и непосредственно куполов и шатра применялась не рулонная технология, то и техника двойного фальца применялась частично. А на большей части кровли и куполов была использована технология одинарных фальцев расположенных под углом 45 градусов по отношению к свесу. Это традиционная технология, применяемая как при реставрации, так и при возведении новых куполов. При этом надо учитывать риск возникновения капиллярного эффекта. Соответственно, в наиболее опасных местах, следует устраивать разрывы за счет разницы в отбортованных фальцах хотя бы в 5 мм. Не лишним будет и монтаж гидроизоляционной пленки на кровле и граненых куполах и шатре.
Так называемые «шипы» или объемные ромбы Андрей выполнял из одной цельной заготовки, вырезанной по заранее рассчитанному шаблону. Сформировав на оправке киянкой четырехскатную «пирамидку» он на одной из граней делал лежачий фальц с замком по ходу воды. Потом отбортовывал все четыре стороны в основании «пирамидки» в одну плоскость, что бы впоследствии выполнить традиционные фальцы для устройства кровли в комбинированную «шашку». То есть способом чередования через ряд простых плоских ромбов и объемных, но с обязательным креплением в зацеп, с помощью фальцев, а не заклепок, как это делают некоторые недалекие жестянщики.
Нельзя не обратить внимания и на то, с какой любовью и фантазией выполнена защита деталей фасада. Ажурные узоры из меди на карнизах и арках окон великолепно смотрятся на фоне красного кирпича. Водосточные трубы, которые сами по себе являются произведением искусства, так же отлично выглядят на фоне кирпичных стен. Их отдельные детали выполняются на специальных оправках из стального бруса сечением 60х60 мм.
Андрей своей работой лишний раз подтвердил известную истину: «Все гениальное – просто». Действительно, когда все придумано и мастерски реализовано, то со стороны, кажется, что вроде бы ничего и нет особенного в этих куполах и кровлях. Но успех не приходит сам по себе, за ним стоит огромный труд, нелегкие поиски и, конечно же, муки творчества, удерживающие людей в этой тяжелой, опасной, но все-таки романтической и необходимой обществу профессии. Вот только наше общество в отличие от европейского пока не в полной мере осознает всю важность профессии кровельщика-жестянщика и не ценит даже таких самородков, каким был Андрей Чурсанов. Что уж тогда говорить о мастеровых-энтузиастах, на которых собственно и держится еще реставрация памятников архитектуры и нарождающаяся индустрия по устройству металлических кровель и защиты деталей фасадов. Когда мы с Андреем поближе познакомились, он мне как-то с горечью сказал однажды: «Знаешь сколько мне заплатили за разработку дизайна и рабочих эскизов куполов и кровли того самого храма? Аж три тысячи рублей!?»
Позже он рассказал коротенькую историю из своей практики: «Однажды пригласил меня сделать кровлю на своем очередном доме некий воронежский торгаш. "Бедняк" одним словом. Посмотрел я проект. Выкрутасов и всевозможных заморочек – пруд пруди. Назвал реальную цену, а заказчик и говорит: "Что-то ты брат дорого с меня дерешь". И такая говорит злость взяла, что, не смотря на трудности с заказами, высказал все, что о нем, думаю и ушел, хлопнув дверью». Позже, когда мы познакомились с Андреем поближе, он побывал на одном из наших объектов и увидел современные инструменты и станки. Вначале он с интересом начал рассматривать их, но когда узнал их общую стоимость, то отметил - для российских мастеровых это «неподъемные» цены. К сожалению, в нашей стране за работу кровельщика пока платят унизительно мало. Пока работа настоящих мастеров своего дела не будет оплачиваться достойно, как это делается в странах Евросоюза ожидать бурного развития кровельной отрасли в России, конечно же, не приходится. Тем более не стоит удивляться тому, что молодые российские парни не горят желанием стать кровельщиками и работать постоянно в экстремальных условиях с постоянным риском для жизни. Ведь когда работа ведется постоянно в авральном режиме (а чтобы заработать хоть более- менее приличную зарплату иногда кровельщики вынуждены работать с использованием примитивных деревянных лесов), то неизбежны и нарушения техники безопасности, заканчивающиеся иногда трагически. И заказчикам и работодателям зачастую нет дела до серьезной организации безопасных условий для мастеров- кровельщиков. У многих из них лишь одна задача, удешевить процесс не смотря ни на что. И это один из главных негативных моментов, тормозящих развитие кровельной отрасли.
Встречались мы с Андреем Чурсановым еще несколько раз, обсуждали идею создания сети учебных центров кровельного мастерства. Он, как настоящий мастер, готов был охотно делиться опытом, прекрасно понимая, что вырастить достойную смену – это очень важная задача. В 2007-м году Андрей Чурсанов трагически погиб, сорвавшись с лесов при возведении куполов своего последнего храма. Продолжение его дела будет лучшей памятью воронежскому мастеру, который создал настоящий шедевр и чье имя должно быть золотыми буквами вписано в историю российского ремесленничества. И сделать это должны мы, его коллеги.